Интерьер можно сделать из любого материала. Нам привычно думать, что шокирующего разнообразия, практически уже несовместимого с жизнью, мы добились, лишь применив все достижения цивилизации и прогресса. Но с этим можно поспорить. Как вам, к примеру, интерьер, выполненный из человеческих костей? И не где-нибудь в пещере людоеда, а на освященной земле христианского храма.
Выкапывание мертвых костей из земли и дальнейшая демонстрация их живым людям в специальных помещениях (костницах, или кимитириях) – не глумление и не поругание предков. Это нормальный христианский аскетизм греческой (восточной) традиции.
На Афоне спустя некоторое время после погребения умершего его эксгумировали и перезахоранивали останки так, чтобы иметь к ним прямой доступ. Кстати, на черепах зачастую писали имя владельца. Интересно, что у греков нетленное тело считалось признаком неправедной жизни или недостойного поведения после смерти.
Кроме Афона костницы есть в Киевских пещерах на Украине, в Муромском Спасо-Преображенском монастыре в России, в Болгарской Каварне (1981 года!)… Там части скелетов не элемент дизайна, а, если можно так выразиться, интерьерная особенность.
Самые яркие примеры именно дизайнерского употребления этого специфического материала – знаменитая костница, расположенная в трех километрах от центра чешского городка Кутна Гора в Седлице, основанная в начале XVI века и принявшая современную форму в 1870 году, и часовня в португальском городе Эвора, датированная XVII веком.
Если об истории Эворской часовни мы знаем немного, то про чешскую сведений более чем достаточно. Сначала никакого города Кутна Гора не было. Была деревенька и монастырь цистерцианцев, основанный в 1142 году богатым чешским дворянином Мирославом Марквартцом. Цистерцианцы – монашеский орден, практически копирующий бенедиктинцев, но предпочитавший исполнять монашеское правило св. Бенедикта в более строгой форме. Он был назван по месту первого монастыря во французском город Сито (лат. Cistercium).
И монастырь, и кладбище при нем были небольшими и не слишком популярными. Но во второй половине XIII века неподалеку возник город. По легенде, один из монахов, Антоний, исполнив дневное послушание, прилег и заснул, а проснувшись, обнаружил, что рядом с его головой выросли три серебряных прута. Потрясенный Антоний, сбросив рядом с прутами одежду, нагишом добежал до монастыря и рассказал о чуде.
Вслед за монахами об удивительном явлении узнали в окружающих деревнях. Очень скоро весть добралась до Праги. На месте чуда обнаружились богатейшие серебряные рудники. Сюда стали стекаться толпы желавших разбогатеть, а вслед за ними сюда прибыл и король с монетными дворами и основал собственную резиденцию. В рудниках Кутны Горы добывалась тогда треть всего европейского серебра, и это место в одночасье превратилось из маленького поселка во вторую столицу Чехии. Естественно, наплыв народа отразился и на монастыре. Службы в храме стали посещаемыми, а кладбище – востребованным.
Но особенную популярность Седлицкое кладбище приобрело чуть позже. В 1278 году в родной монастырь вернулся из Палестины аббат Индржих Второй. Как самую священную реликвию он привез землю с Голгофы и рассыпал ее на местном кладбище.
Вскоре после этого монахи заметили, что покойники, похороненные в Седлице, начинают разлагаться только на третий день после погребения. В отличие от греков, чехи считали нетленность хорошим знаком. Хоронить своих покойников на местном кладбище стало чрезвычайно модным не только у окрестного населения, но и среди знатных людей Германии, Польши и Бельгии.
Как выяснилось позже, кладбище не осталось бы пустым и без иностранных мертвецов. В 1318 году в Чехии вспыхнула эпидемия чумы. За год в священную землю зарыли около тридцати тысяч человек.
В 1421 году один из предводителей гуситов, Ян Жижка, захватил монастырь и во имя прославления реформаторской церкви казнил около пятисот монахов. А 7 июня 1424 года неподалеку от монастыря прошло сражение между гуситами-таборитами и пражанами-католиками. Погибших похоронили тут же, на монастырском кладбище.
В общем, к середине XV века кладбище занимало более 3,5 га и не могло уже вместить в себя ни одного мертвого тела. Его решено было упразднить, а кости погребенных извлечь из земли и перенести в часовню Душевной агонии Иисуса Христа в Гефсиманском саду, построенную в 1421 году под храмом Всех Святых, возведенным в центре кладбища чуть раньше.
Так и сделали. И лежали эти кости в забвении и неприкосновенности вплоть до 1511 года, пока один полуслепой монах не решил ими заняться. Он разобрал останки и начал складывать из берцовых костей покойников аккуратные пирамиды. Его труд братия продолжала и после реконструкции часовни в 1703–1710 годах (ее перестроил в стиле барокко чешский архитектор Ян Сантим) вплоть до закрытия монастыря в 1784 году.
В XVI веке под одной из этих пирамид монахи нашли клад. Ничем кроме божественного вмешательства его происхождение объяснить не удалось. В тот момент монастырь крайне нуждался в деньгах, и 10 тысяч дукатов (сумма огромная) оказались истинным даром Божьим.
После закрытия монастыря земля перешла во владение князя Шварценберга. А в 1870 году его потомки призвали известного в округе резчика по дереву Франтишека Ринта и заказали ему сделать из сложенных костей что-нибудь. Вместе с четырьмя членами своей семьи он создал интерьер костницы, сохранившийся до наших дней. Для работы Ринт использовал кости, предварительно вымоченные в негашеной извести и приобретшие белый цвет.
Практически все, что мы можем увидеть в часовне и сегодня: герб заказчика, паникадило над алтарем, дароносицы, распятия, подсвечники, пирамиды в виде колоколов, увенчанные коронами (символами вечной жизни и победы над смертью) и даже подпись автора на стене, сделано из человеческих костей с кладбища в Седлице. Склеп содержит останки около 40 000 человек. Над входом в часовню написано: «Мы те, кем будете вы, а вы те, кем были мы». Примерно то же самое гласит и надпись над входом в Эворскую костницу: «Наши кости здесь. Ждем твоих», или, в более фривольном переводе, «Здесь наши кости ждут ваши в гости»
Эту часовню (Capela dos ossos) храма Св. Франциска (Igreja de Sao Francisco), построенного в XIV веке, обустроили в XVII веке монахи-францисканцы. У нищего Эворского монастыря кончилась кладбищенская земля. Купить новую было не на что. Недолго думая братия эксгумировала старые захоронения и использовала кости как строительный материал, в назидание верующим и самим себе.
Здесь нет тех изысков, которые украшают костницу в Чехии. Она просто выложена костями полностью. В качестве украшения стоят колонны из костей, а по потолку и стенам протянуты бордюры из черепов. Монахам было не до высокого искусства. Они хотели напомнить людям о том, что все в этом мире преходяще, что и после смерти мы можем радовать и служить. Ну и освободить кладбищенскую землю.
http://sob.ru/
вернуться
